Любимый стих рождественского

Закрыть ... [X]

litbook
Настройка ленты:
Настройте ленту по своему вкусу, отметив интересующие жанры и журналы Разделы:
лучшее «в стол» опубликовать произведение

Поэзия

09.03.2018 10 минут

Скрипач на крыше

Я с Богом говорю не потому,/ что слыть хочу решительным и резким,/ а просто мне уже делиться не с кем,/ и я тихонько жалуюсь Ему.

0 (выбор редакции журнала «Заметки по еврейской истории»), Заметки по еврейской истории, №2-3

Культура (История, Литературоведение, Мнение, Эссе, Воспоминания)

09.03.2018 43 минуты

«Свобода жить вне горечи и мести…» Юлий Марголин на страницах альманаха «Воздушные пути»

Гитлер — злодей, у него концлагеря. Сталин воевал против злодея Гитлера, против гитлеровских лагерей, значит Сталин не злодей. У Сталина тоже концлагеря, и возникли они во времена, когда ни про какого Гитлера мир еще ничего не знал. Но раз Сталин против Гитлера, о сталинских лагерях помолчим. Против этого заблуждения восстал Юлий Борисович Марголин. Потому не получил ни признания, ни Нобеля.

0 (выбор редакции журнала «Заметки по еврейской истории»), Заметки по еврейской истории, №2-3

Культура (История, Литературоведение, Эссе, Воспоминания)

09.03.2018 22 минуты

Раз позволено жить — нужно любить

Хаим Беэр, известный писатель, видел, как Лея Гольдберг, с которой он ехал в одном автобусе из Иерусалима в Тель-Авив, сойдя с автобуса, пересела в другой — по обратному маршруту — в Иерусалим. Кто-то ему объяснил, что Лея Гольдберг любит движение, в нем рождаются и ритмы и рифмы... Подойти к ней он не решился.

0 (выбор редакции журнала «Заметки по еврейской истории»), Заметки по еврейской истории, №2-3

Выделите лучшую фразу в произведении, в появившемся окошке поставьте галочку. Если цитата нам понравится, мы добавим ее в этот раздел.

Лучшие цитаты:
  • Я исчерпал свой срок, Иссяк, и стоп-машина: Моих земных дорог Осталось три аршина. В Астапово. Тайком. Все бросив. Третьим классом. Простыть под сквозняком, Отведав хлебца с квасом, И уходя во тьму, И смертную истому, Чтобы сказать Ему: Ну, вот. Теперь я дома.

    Мы заигрались в стариков,
    , Южное сияние, №18
  • Дали спят. Окутаны низины Розовым туманом у земли. Облака, седые исполины, Отдохнуть над лесом прилегли. Плёс речной, как зеркало, недвижен. (Где вы, шумной запани огни?) С берега другого — еле слышен Визг и хохот дачной ребятни. А деревня дремлет на угоре, По-старушьи чутко в тишине. В клеверном и лютиковом море Ставит избы прежние во сне. Заселяет избы молодцами — Вот они, хозяева страны! Снится, что успеют стать отцами, Воротясь живыми с той войны… Спи, мой край! Любовью и покоем Эта ночь тебя от бед спасёт. Но придёт рассвет с кремлёвским боем — И какие вести принесёт?..

    Стихотворения,
    , Парус, №16
  • Многие критики считают, что римейк является порождением современной культуры. Так, например, известный критик Золотоносов пишет, что римейк – это «воплощение исключительно современной культуры в ее кризисных тенденциях»[2]. Но давайте заметим, что переделка текста с целью дать свою, авторскую интерпретацию произведения знакома русской литературе еще с 19 века и связана с именем Алексея Константиновича Толстого и его знаменитой поэмой «Дракон».

    Римейк как тенденция (случай Олега Богаева).,
  • Арина Васильевна прислуживала в Нерчинске земскому врачу Мишину и уже в пятнадцать лет принимала роды, а потом и кости начала «слаживать». Сначала у курицы да петуха, потом у кошек, собак, коров, а там уж и у людей. Муж ее был красным казаком, она тоже «была у красных», да чуть не попала в плен, когда семеновцы захватили село. Хорошо, один кулак пожалел ее и спрятал в своем доме в подполье. Правда, кулаком он тогда еще не был, это позднее его в Ангарск выслали.

    Подъем на холм,
    , Ковчег, №37
  • Все – мистика: и горькая печаль. и сладкий миг, и одаренье чуда, и прошлое, рубившее сплеча, и то, кем был, и то, кем вскоре буду. Все – мистика. По воле божества, по воле рока, по судьбы приметам – нас радует весенняя трава, печалит осень и пьянят рассветы. И в Судный день, оповещает рог, что в книге жизни – мы всего лишь строчка, – кому в награду, а кому – в упрек, – мелькнувшая над белизной листочка...

    Стихи,
    , Литературный Иерусалим, №3
  • Эта-то пустота окружающей его светской среды, эта ничтожность людей, с которыми ему пришлось жить и знаться, и наложили на всю поэзию и прозу Лермонтова печальный оттенок тоски бессознательной и бесплодной: он печально глядел “на толпу этой угрюмой” молодежи, которая действительно прошла бесследно, как и предсказывал поэт, и ныне, достигнув зрелого возраста, дала отечеству так мало полезных деятелей; “ему некому было руку подать в минуту душевной невзгоды”;

    Григорий Александрович, магнетический человек. О романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»,
    , Парус, №39
  • Черт отвернулся, а Бог позабыл: снова мне нет на земле благодати! На расстоянье холодных светил — все, что мне дорого, — будто утратил. Серая каменность стен и дорог — вместо стихий; мельтешение будней. Черт отвернулся, забыл меня Бог. Все, что мне дорого, — тоже забудет?.. Дети, дорогой своей уходя, всё отдаляются — жизни навстречу… Нежность, напрасной тоской бередя, на незнакомом глаголет наречье… Трудно даются земные дела, ну а душа — снова в смуте и грусти… Все, что содеяно, — дым и зола… Бог не поверит, а черт не отпустит!

    Федотова коса,
    , Семь искусств, №10
  • еужели не стыдно? Ведь ангел старался. Он тебе помогал, когда день загорался, Он тебе помогал, когда день угасал. Он тебя никогда и нигде не бросал, Он с тебя не спускал лучезарного ока, Ну а ты всё о том, как тебе одиноко.

    «Есть слово — вдох и слово — выдох»,
    , Семь искусств, №10
  • Аристотель увидел сходство качеств животного и человека, считая, что нет «ничего неразумного в утверждении, что у человека и у животного некоторые свойства совпадают, некоторые близки друг другу и, наконец, некоторые аналогичны»

    Определение понятия «двойничества» в литературе и философско-эстетическая база его возникновения,
    , Парус, №34
  • Писатель должен быть мужествен, думал я, потому что жизнь его тяжела. Когда он один на один с чистым листом бумаги, против него решительно всё. Против него миллионы написанных ранее книг — просто страшно подумать — и мысли о том, зачем же ещё писать, когда про всё это уже было. Против него головная боль и неуверенность в себе в разные дни, и разные люди, которые в эту минуту звонят к нему или приходят, и всякие заботы, хлопоты, дела, как будто важные, хотя нет для него в этот час дела важнее того, которое ему предстоит. Против него солнце, когда тянет выйти из дому, вообще поехать куда-нибудь, что-то такое повидать, испытать какое-то счастье. И дождь против него, когда на душе тяжело, пасмурно и не хочется работать.

    О мужестве писателя,
    , Парус, №53
  • жель тебе к лицу твоя судьба, Ты, прежде ветром крытая крылатым, Бревенчатая русская изба, Обложенная сайдингом, как матом?.. Здесь синий март — протальник-зимобор — Сменял апрель — зажги снега, играй овражки. И, обрусевшим розам не в укор, Вновь палисады обживали кашки. Где этот палисад? В разгаре дня Я помню, как, от зноя неподвижны, Заморские гортензии тесня, В нём безраздельно царствовали пижмы. Красавишны, царевишны мои, Форштадтским ветром венчаны на царство, Судьбой своей с моей судьбой сродни, Они так любят мне во снах являться. В растерянности на ветру стою И думаю: «Зачем пришла? Не знаешь?..» ...Родной Форштадт, тебя не узнаю! И ты меня узнать не поспешаешь.

    Растаковская,
    , День и ночь, №5
  • Ученики и близкие Льва Ландау свидетельствуют о его навязчивом пристрастии к классификациям самого разного рода. Он классифицировал типы зануд, присутственных мест, наук, а также мужчин и женщин.

    "Теория счастья" академика Ландау,
    , Слово\Word, №88
  • Мудрецы Талмуда учили: «Провинности между человеком и Богом Йом а-Кипурим искупает, а провинности между человеком и ближним Йом а-Кипурим не искупает, пока не помиришься с ближним». Более того, эффективность богослужения была обусловлена твёрдым решением грешника никогда более не возвращаться к прежним провинностям.

    Мордехай Каплан: Отрывки из книги «Ценности иудаизма в их обновлении». (Перевод Михаила Ривкина),
    , , Заметки по еврейской истории, №7
  • Присмотревшись к позе героя, сразу отмечаешь незаконченность движения. Перед нами, если воспользоваться словом В. Мейерхольда, «предыгра». Кажется, еще минута – и, вынув руку из кармана, бакстовский импресарио «прищелкнет пальцами». И серовский Дягилев тоже «прищелкнет» – потому-то он и поднял ладонь к самому уху.

    С.П. Дягилев: жест и судьба. Из цикла: «Эссе о Сергее Дягилеве»,
    , Семь искусств, №10
  • «Талантлив, это, конечно, так…‑ сказал старый друг, знаток литературы, очень много лет хорошо пишущий стихи, ‑ но, знаешь ли, я отношусь к нему настороженно, да, да. «Москва - Петушки» для меня – талантливо написанная история распада личности. Это тяжело и скучно. До конца я дочитал, все всегда дочитываю, но больше к этой вещи не вернусь»

    О Венедикте Ерофееве,
    , Семь искусств, №4
  • Где и как рождалась песня, Я не знаю – не слыхал. Может, в тучах поднебесья, Может, здесь – у серых скал. Может, где-нибудь в походе, В штыковом лихом бою… Только знаю, что в народе, В дорогом моем краю. Только знаю: сила духа, Злая ненависть к врагам Родила такого друга И послала в помощь нам!

    Литературное Заполярье военных лет,
    , Север, №5
  • Без России нехорошо, нехорошо во всех смыслах. Живешь тут, точно сидишь в Стрельне, и все эти вечно-зеленые растения, кажется, сделаны из жести, и никакой от них радости, и не видишь ничего интересного, так как нет вкуса к местной жизни» (Письмо от 19 января 1900 года)

    Чехов как русский человек: заметки на полях книги Ивана Бунина,
    , Парус, №30
  • Во время погрома на улицах Кишинева было достаточно много прогуливающейся публики – гимназисты, студенты, чиновники, простые обыватели. Все они были невольными свидетелями происходящих событий и спокойно наблюдали, как грабят и убивают их сограждан. Для них это был, хоть и трагический, но своего рода спектакль. Для них Божья заповедь «Не убий» на евреев не распространялась. Евреи были и оставались для них чужими. Несмотря на сотни лет совместного существования.

    «Утопить русскую революцию в еврейской крови» Погромы 1903 года и общественная мысль в России начала ХХ века,
    , Еврейская Старина, №3
  • Жизнь в кафе просидеть, Глядя на перекресток — Так мечтает подросток, Прежде чем поседеть. Желтый узкий бокал. Тихо пенится пиво. По-французски красиво (Боже, как я устал). Это Хемингуэй, Эренбург и Ротонда. Из золотого фонда Шестидесятых. Чей Профиль тогда пленял?

    Лев Дановский: Облако наплывает…,
    , , Семь искусств, №5
  • Безымянный автор в брошюре, которая была издана в Кракове в 1617 г., писал: " ... между Русскими, Волынскими, Подольскими евреями было много крепких и неутомимых молодцов, которые с саблей на перевязи, с луком или ружьем за плечами охотно садились на коня и мужественно сражались, где им случится". Кардинал Коммендони утверждал, что евреи носили сабли и были вооружены.

    Исторический антисемитизм Историография ненависти и злобы,
    , Заметки по еврейской истории, №7
  • недаром одним из самых важных для него замыслов, над которым он работал несколько лет, стала картина «Анакреонова гробница» (1821), впоследствии, к сожалению, утраченная. В ней как раз и переплелись мотивы жизни и смерти, веселья и печали. Ведь вакхическая сцена - ночной танец Сатира и вакханки, - происходит «при гробе». Бродячий и в то же время глубоко экзистенциальный мотив.

    Кипренский в Италии. Итальянские вариации,
    , Слово\Word, №88
  • Начинается же всё с того, что Сатана, Падший Ангел, Люцифер, бывший до своего падения блистательнейшим Архангелом, первым среди собратьев, восстаёт против Бога, вовлекая в мятеж бесчисленные легионы Ангелов, но, потерпев поражение, низвергается с Небес вместе с полчищами своих соратников. В его душе нет раскаяния, он восклицает: “Лучше царствовать в аду, чем прислуживать на небесах”. Поскольку Небо и Земля к этому моменту предположительно ещё не были сотворены, то Преисподняя, Ад размещается Мильтоном в некоей “области Хаоса”. И там поверженный Люцифер обращается к соратникам с призывом к продолжению борьбы.

    Пушкин о Люцифере,
    , Семь искусств, №6
  • Приведем некоторые дефиниции рождественского и святочного рассказов: – это история о каком-нибудь мальчике или девочке, жизнь которых трудна и безрадостна, а на Рождество к ним неожиданно приходит счастье (журнал «Православная беседа», № 10–12, 1992). Определение, указывающее, что главными персонажами рассказов являются дети; – рассказы, приуроченные к Рождеству и святкам, «стали выстраиваться по определенному закону. Очень часто они имеют счастливые концовки» (Е.С. Безбородина); – святочная история, как правило, строится как ожидание чуда, но, поскольку «в жизни таких событий бывает немного <…>, автор неволит себя выдумывать и сочинять фабулу, подходящую к программе» (Н.С. Лесков); – с рождественскими и святочными рассказами, сохранившими особое, рождественское мировосприятие, связано сострадательное отношение к детям и в русской, и в западноевропейской литературе.

    Своеобразие жанра рождественского и святочного рассказа в западноевропейской и русской литературе,
    , Парус, №26
  • Гоголь мучил Розанова всю жизнь, отношение к писателю у него принимало болезненно-агрессивный характер. Не кроется ли эта болезненность в восприятии и оценке писателя в некотором мистическом совпадении биографий (мы этого коснемся ниже) и не являлся ли Гоголь для Розанова тем кривым зеркалом, один взгляд на которое возвращал Розанову его собственный образ?

    «Ты победил меня, ужасный хохол!» Розанов и Гоголь,
    , Семь искусств, №4
  • Бог молчит, ну а мы всё строчим примечание, Комментируя странное это молчание. Рассуждаем, толкуем, дымимся, строчим И усердно, как дятел по древу, стучим, И усердно плодим столько всякого лишнего, Что не слышим, как сердце стучит у Всевышнего.

    Новые стихи,
    , Семь искусств, №7
  • Румяный день наводит глянец… Ещё не голы дерева; Ещё на солнечной поляне Как в детстве, зелена трава; Ещё земля, грустя о лете, Нежна в объятьях сентября, — С водой, бегущей сквозь столетья, О чём-то вечном говоря; Ещё легко, ещё не страшно; Ещё не вызрели дожди; Ещё не прожит сон вчерашний И «завтра» в душу не глядит; Ещё — вдали от непогоды — Листает жадно юный лес И философию природы, И богословие небес.

    «Не сдавайся времени, душа!..»,
    , Золотая Ока, №4
  • Вещи нужно называть своими именами, а чужие – чужими.

    Не из той оперы (афоризмы),
  • Немцы эти были очень тихие, всё время бормотали что-то про танки и шины. Лёка спросила у Киры, что это значит – «танки-шины». Мама Кира сказала, что по-немецки это «спасибо». «Данке шеен».

    Рассказы о войне,
    , Бельские просторы, №5
  • Гемара рассказывает о том, как пророк Илия, отвечая на вопрос, кто на рынке имеет место в будущем мире, говорит: бадханим – шуты, потому что они делают людей счастливыми.

    Джонатан Сакс. Откровение: Тора с небес. Перевод Бориса Дынина,
    , , Заметки по еврейской истории, №4
  • Швырнули речке в душу камень, Швырнули просто, не со зла. По глади утренней кругами Обида тихая пошла. Но все минуло в одночасье, И в успокоенной волне Круги дрожащие угасли… Но камень… Камень-то на дне…

    Как странен этот мир,
    , Литературный меридиан, №4-5
  • Многолетние исследования процесса экономического роста позволили Кузнецу определить сначала для США, а затем и для других стран ряд эмпирических закономерностей. Именно он установил длинные волны темпов экономического роста ряда стран, которые были названы «циклами Кузнеца». Под ними понимаются 20-22-летние периоды роста технического прогресса, населения и национального дохода.

    Саймон Смит (Семён Абрамович) Кузнец,
    , Заметки по еврейской истории, №2
  • Единый всесоюзный СП был создан для обуздания инакомыслия. Выстраивая свою идеологию на руинах православия, большевики подошли к тому, что у советской власти рядом с ЧК, правой ее рукой, должна быть как бы левая – единый фронт средств массовой информации (дезинформации главным образом) и творческих союзов, прежде всего писательского.

    О Союзе писателей,
    , Ковчег, №44
  • А киношники меня, конечно, развратили. Это надо психологически понять: в молодости я привык к тому, что у меня никогда не было денег. Я очень нуждался. И когда вдруг посыпались деньги (относительно, конечно), – допустим, я получаю 200 рублей в месяц, а тут сразу, – 25 тысяч, тогда! – представляешь? И пошло. Предлагают то, другое, а я думаю: «Я за три дня напишу эту музыку, и Соне отдам столько тысяч!». Я любил делать подарки, это да, это я любил. Учитывая соразмерность того, что я получал, и того, что я дарил, это были шикарные подарки. Женщинам, которых я любил, и родным, и друзьям.

    Беседы с Исааком Шварцем. Главы из книги,
    , Семь искусств, №12
  • В 1938 году из членов академии исключили списком сразу 21 человека, некоторых из них уже посмертно, после расстрела как врагов народа. Среди исключенных был известный авиаконструктор, член-корреспондент АН СССР Андрей Николаевич Туполев.

    Почему Сахарова не исключили из Академии, или Как оценить правдоподобность легенды?,
    , Семь искусств, №6
  • Я учусь здороваться с людьми: если я не умею здороваться с людьми, то как я обращусь к Богу. Ибо слово наше доходит до Него только через другого. И чем дольше от тебя человек, тем короче путь твоего слова к Нему. Бог услышит, если ты обратишься и сам, но слово наше обретает смысл только пройдя через другого. И если беда другого становится бедой твоей, ты можешь говорить с Богом без посредников и нет меж вами преграды. Трепещи от умиления при виде встречного – это лучше, чем трястись после водки, выпитой в одиночестве. Незнакомый, я думаю о тебе, я верую в тебя, помолись и ты за меня, один я так далек от Бога, а вдвоем мы рядом с ним.

    Рассказы,
    , Ковчег, №34
  • Будь доброй. Ведь добрая улыбка, как лучик солнца, разгоняет любые тучи. Будь спокойной. И любой ветер утихнет у твоих ног, не перейдёт ни в шторм, ни в бурю. Будь гибкой. И ни один укол, ни одна ядовитая стрела не попадёт в тебя. Будь мягкой. И тогда любое зло пройдёт сквозь тебя, не причинив вреда. Как вода проходит сквозь песок или разомкнутые пальцы

    Гагара,
    , Север, №9
  • Для бездомного этот конец света — конец «века», в котором он жил, — наступил. И единственным проблеском, лучиком света для бездомного стала санитарка Антонина. Встреча их была не случайна. Она перед смертью дала ему возможность поверить, что он человек, а не «смердящий мешок», — а бездомный, в свою очередь, открыл для милости ее сердце.

    Герой и мир в рассказе Олега Павлова «Конец века»,
    , Парус, №27
  • Общее место говорить о том, что Данте не был сторонником политики, проводимой Римским папой в отношении государства и церкви. Такое же общее место в том, что Данте при этом вряд ли сомневался в том, что католическая Церковь – единственно истинная на планете. Помимо этого, Данте был горячим патриотом и видел спасительное будущее мира в объединении Италии (а затем и мира) под эгидой католической церкви.

    Особенности видения мира в "Божественной комедии" Данте Алигьери,
  • Никому не рассказывай, как Появляются сны и откуда Возникает внезапное чудо, Чтоб в твоих поселиться стихах. Никому не рассказывай, что Не даёт ощущенья покоя, Рвёт поводья, хрипит под рукою Необъезженное волшебство. Никому не рассказывай, где Та страна, что зовут вдохновеньем, Сколько нужно проплыть по теченью, Отдаваясь прозрачной воде. Ведь нельзя объяснить – почему, Как нельзя поделиться удачей… Я сегодня, смущаясь и плача, Новорожденный стих обниму.

    СТИХИ,
    , Под небом единым, №6
  • Улыбка судьбы иронична порой, и может дворец показаться норой, когда ни любви, ни надежды в нём нет и чувствам живым уготован запрет. И это единственный в мире закон, который никем ещё не изменён и властвует всюду, чтоб люди могли понять, для чего они жизнь обрели. И суть этой истины очень проста: когда на лице и в душе чистота когда устремленья прекрасны во всём, ничто не разрушит твой путь и твой дом. И всё таки ЭТО сердечно принять не все мы умеем, и маясь опять, идём и при солнце, как будто во тьме, покорные только холодной зиме. Казалось бы: ну же, очнись и встряхнись, и к ближнему с лаской, с добром обратись, но движемся снова, забыв о мечте, совсем не туда, не к тому и не те…

    Не стоит беспокоить тишину,
    , Ковчег, №40
  • В Москве один большевик, соратник Троцкого, высказал необычное суждение о Гитлере: “У него все недостатки и все достоинства Керенского. Он, так же, как и Керенский, просто баба…”; “Гитлер - диктатор с душой мстительной женщины. Именно этой женственной сутью Гитлера объясняется его успех, его власть над толпой, энтузиазм, пробуждаемый им у немецкой молодежи…”; “натура Гитлера - по сути женственная: в его уме, в его притязаниях, даже в его воле нет ничего от мужчины. Это слабый человек, пытающийся жестокостью скрыть недостаток энергии, свой болезненный эгоизм и неоправданное высокомерие…

    О Курцио Малапарте,
    , Слово\Word, №89
  • Интерпретация подписанного документа немедленно приведет к спорам уже при переводе документа на разные языки, например, в зависимости от употребления артиклей, терминов и т.д. Примером может служить знаменитая резолюция ООН 242. Так по какой версии будет определяться жизнь живых людей — по английской или французской? Разница всего в одном артикле «The», доставляющем столько неудобства тем, кто живет без артиклей. Так «эти территории» или «все территории» или просто «территории». Интерпретация неизбежно политическая. Не случайно нормальный юридический документ начинается или сопровождается определением ключевых понятий и хороший юрист – это тот, к чьему документу трудно подкопаться. Но невозможно сопровождать словарем каждый документ. Что же говорить, например, о письме, где многое вообще непонятно тем, кому оно не адресовано. Пробелы между фактами и домыслами должны быть заполнены другими домыслами.

    О роли пустяков в дружбе Литературно-психологическое расследование по письмам Арнольда Шёнберга и Василия Кандинского Часть вторая (первая часть опубликована в № 2/2010),
    , Семь искусств, №6
  • Моя Вселенная В моей душе – Вселенная! Огромный мир чудес: Река обыкновенная, Обыкновенный лес. Задумчивая ламбушка, И грустный листопад, И старенькая бабушка, И мой любимый сад. Учебники с тетрадками И капельки дождя, И земляника сладкая – Все это для меня!

    Стихи для детей,
    , Север, №3
  • Ахиллесом восхищались многие века. Как мы знаем из истории, сам Александр Македонский мечтал о славе Ахиллеса. И получил ещё большую славу. Восхищаются Ахиллесом и сегодня. И это не удивительно. Ведь герои притягивают к себе, манят, как сказочная мечта. Вот о геройстве мне и хотелось бы поговорить сейчас, вспоминая Ахиллеса.

    Ахиллес - антигерой,
  • У Маяковского Евтушенко учится пониманию искусства, по нему же пытается строить и самый стих. Своему поэтическому учителю он посвящает цикл стихов «Наш Маяковский», в котором ощущается первый класс творческой учёбы: «Солнечность лет явится, сбудется, с нами поэт работает, трудится». Созданный в поэзии В. Маяковского образ нового человека становится для него одним из главных ориентиров в решении проблемы нового героя, во многом определяет главное направление в его художественном исследовании. Именно тогда в лирику Евтушенко особенно настойчиво проникает романтика самого трудного героизма будничной, массовой работы.

    Евгений Евтушенко: первые шаги в большую поэзию,
    , Север, №11
  • Хотите, опишу тоску? Осенний дождик моросящий, Листву последнюю гасящий – Хоть дуло приставляй к виску. Хотите, счастье опишу? Всё тот же дождь осенний, редкий, Всё тот же лист, слетевший с ветки, Стихи, которыми грешу.

    Новые стихи,
    , Семь искусств, №7
  • Если люди забудут меня, То трава не забудет, Будет лютик грустить без меня, Вспоминать меня будет. Не забудет меня бересклет – Мы с ним жили так дружно. Не забудет меня белый свет. Ну а что ещё нужно?

    Новые стихи,
    , Семь искусств, №7
  • Кстати, в мегаполисных городах есть большинство гламурных клубов, увеселительных заведений, пропагандирующих мужскую проституцию. Организаторы устраивают интересные, на любой вкус, шоу-программы. Состоятельные дамы могут заказать страстного, шаловливого мальчика-ролевика (даже не одного), повеселиться, отдохнуть с ним. В провинции такая «волна» наблюдается слабо, возможно, скоро приобретёт обороты. В своё время я, будучи ответственной, «проталкивала» мужскую проституцию на рынок сексуальных услуг (имела несколько мальчиков по вызову), активно искала клиенток.

    Что таит душа проститутки?,
    , Вольный лист, №13
  • Чехов не был национально предвзят, ограничен. Его «всемирная отзывчивость» проявлялась даже в, мягко говоря, непростых условиях передвижения по России на Сахалин весной 1890 года. Антон Павлович отмечает достоинства татар, русских, евреев, поляков, хохлов. Он периодически переводит разговор из национальной плоскости в общечеловеческую: «Боже мой, как богата Россия хорошими людьми» (письмо М.П. Чеховой от 14–17 мая 1890 года). Умение Чехова видеть много хороших людей именно в России — еще одно отличие писателя от западников и либералов всех времен.

    Чехов как русский человек: заметки на полях книги Ивана Бунина,
    , Парус, №30
  • Не так уж далеко святые земли. Где солнцем опален Ершалаим. В нем желтый раскален не добела, как белый, Но он земной, и облака над ним.

    Стихи,
    , Литературный Иерусалим, №3
  • Каждый был не как все, сам себе голова, Но прощали не раз и немало Ради дружбы, что в равенстве только жива И на разнице вкусов мужала.

    Натан Альтерман: Радость бедных. Стихи. Перевод с иврита, предисловие, послесловие, и примечания Адольфа Гомана,
    , , Еврейская Старина, №1
  • Борясь с неотвратимой угрозой ассимиляции (I Езд. 9), Эзра ввёл строгий запрет (более основательно и категорично, нежели Нехемия) на смешанные браки (и тем самым, как принято полагать, спас еврейский народ Палестины от полной ассимиляции). Он же (см. ниже) обосновал и мотивацию определения еврейства по матери (его авторитетное мнение послужило причиной принятия соответствующего Галахического постановления).

    Об установлении еврейства по матери,
    , Заметки по еврейской истории, №3
  • Обожая проказы в толпе, Мефистофель внешне не возвышается над нею. Он демонстрирует свои чудесные возможности, спустившись в погреб, где пирует небольшая компания, и там говорит Фаусту: "Народец! Черт меж них, а им не догадаться: / Хоть прямо их за шиворот бери". Такой вполне демократичный черт, знающий, однако, себе цену.

    Фауст, Мефистофель, Воланд,
    , 22, №162
  • Ален Роб-Грийе: он характеризует римейк как «своеобразную форму диалога с классикой, как способ описания современности при помощи образов признанных классических произведений литературы»

    Римейк как тенденция (случай Олега Богаева).,
  • Поэтому общих пересечений в физике у нас не было. Мы были в хороших приятельских отношениях. Гарик был очень добрым человеком. Мое личное впечатление из почти ежедневных встреч и общих обсуждений (трёпа) в кофе-клубе ИФП такое: Гарик глубоко и хорошо понимал физику низких температур, работал с интересом, интересовался и понимал научные проблемы. Было ясно видно, что он человек с большим интеллектуальным потенциалом

    Памяти Игоря Ландау (1946-2011): прощальное слово оппонента,
    , Семь искусств, №3
  • Известно, что в одном из примечаний к своей работе «Материализм и эмпириокритицизм» Ленин отмежевался от положения Маркса, согласно которому международное рабочее движение заинтересовано в ассимиляции малых наций большими. Взамен этого положения Ленин потребовал поддержки рабочим классом антимпериалистической борьбы зависимых и колониальных народов, как больших, так и малых. И действительно, поддержка нациопально-освободительных движений во всем мире стала руководящим принципом советской внешней политики.

    Невольные встречи,
    , Еврейская Старина, №3
  • Два мира соединялось в его прозе: московская богема, мир художественных мастерских и интеллигентских посиделок, и мир русского Севера, о котором Юрий Коваль так красочно писал, куда он старался убежать при первой же возможности из «душной Москвы».

    Проза Юрия Коваля,
    , Русская жизнь, №2
  • Как-то знакомый писатель, обозрев скудную обстановку квартирки Николая Михайловича, попенял ему, что-де хозяин недостаточно радиво относится к устройству собственного быта; и пора бы обзавестись платяным шкафом, а не развешивать на гвоздиках по углам рубашки и пиджаки; да и сервант не мешало бы водрузить на положенное место, поскольку чашкам и ложкам не место на подоконниках и письменном столе. Тогда Рубцов смолчал. Но, видимо, обиделся и выговора не забыл, потому что вскоре при удобном случае дал волю своему характеру и выложился до конца: – Меня не интересуют ваши шкафы и хрустали, – почти кипятился он. – Если они нужны вам, вы и заводите!»

    Николай Рубцов: «Россия! Как грустно»,
    , Север, №7
  • Колесить по бульварам, а после прижаться к стеклу, Почему-то застряв у какой-то витрины случайной. Я в те юные годы по следу ходила за тайной. Мне казалось, она меня ждёт на ближайшем углу. Глупо? Глупо. Зато как тревожно, как радостно, как Мне хотелось бродить, отражаясь в витринах и окнах, Как я дивно однажды под дождиком летним промокла, Как мне встречные все подавали неведомый знак. Не поверите мне, но и нынче с зари до зари Тайный знак подают мне деревья, дома, фонари.

    «Стихи гуськом». Книга XII: декабрь 2012 г. - январь 2013 г.,
    , Семь искусств, №2
  • Иерусалим – карусель, он крутится, крутится начинает со Старого города и через все свои улицы возвращается в древность. С него не сойдешь. Тот, кто пытается спрыгнуть, рискует жизнью, а тот, кто спускается при остановке вращенья, должен снова платить, чтобы в него взойти и кружить уже бесконечно. И вместо весёлых слонов и лошадок, чтоб усесться верхом и кружить, есть религии – то они вверх, а то вниз, и по кругу на оси голосов и мелодий, смазанных в разных молельнях. Иерусалим – качели. Вот я спускаюсь в прежние поколенья, а вот я к небу взлетаю, и тогда я кричу, как кричит ребенок, когда его ноги болтаются где-то вверху: я хочу слезть, папа, я хочу слезть. Сними меня, папа. И все святые тоже взмывают к небу, и они, как дитя, взывают: папа, я хочу остаться вверху, не опускай меня, Папа, Отец наш и Царь наш, оставь нас вверху, Отец наш и Царь наш!

    Иегуда Амихай: Иерусалим, Иерусалим, почему Иерусалим? Предисловие и перевод Зои Копельман,
    , , Семь искусств, №4
  • У Достоевского же в повести «Двойник» действительность одна, поскольку и цель у автора иная, чем у романтиков, а именно: показать пагубность эстетизации и идеализации феномена двойничества.

    Определение понятия «двойничества» в литературе и философско-эстетическая база его возникновения,
    , Парус, №34
  • Первооснова жизни — вода, одна из вечных истин, непоколебимая вещь, обладающая великой мудростью». «Обезвоженная пустыня — это символ мира, опустошенного войной, хаосом, разрушением, человеческой черствостью, завистью и эгоизмом»[3]. Это мир, в котором человек умирает от духовной жажды. Какой путь спасения видится Антуану де Сент-Экзюпери?

    Философская и христианская символика в сказке Антуана де Сент-Экзюпери «Маленький принц»,
    , Парус, №31
  • Всего пребудет, но не вдруг. Жизнь отвоёвана с боями. И мал, ничтожно мал тот круг, Который назовёшь друзьями. Твоя душа уже не та: Всё понимаешь без ответа. Тебя питает доброта, Разлитая в стихах поэта. Уже принять не можешь ложь С её фальшиво-тусклым светом. Надеждой на любовь живёшь, Ещё боясь поверить в это.

    «Не сдавайся времени, душа!..»,
    , Золотая Ока, №4
  • От вопросов этих нельзя отмахиваться. На них надо отвечать, потому что за ними стоят вера одних, сомнения других и лукавство третьих, за ними скрывается память о тех далеких днях, за ними остались люди, о которых сегодня мы почему-то забыли

    Две недели июня (к 70-летию освобождения Петрозаводска),
    , Север, №5
  • Пока доплелись, глаза совсем спали. Уже в полусне Лида увидела на своих ладонях два глубоких рваных пореза от серпа. «Хорошо бы, остались шрамы, – пробормотала она, улыбаясь. – Папа вернётся с фронта – покажу

    Рассказы о войне,
    , Бельские просторы, №5
  • Я тоже, заглотнув наживку, Влюбилась в эту жизнь – паршивку, Которая то предаёт, То сладко на ухо поёт, То шлёт любовные записки, То держит в самом чёрном списке. Но даже в пору чёрных дней Никак не удаётся ей Внушить мне, что я зря к ней льнула И зря наживку заглотнула.

    «Стихи гуськом». Книга XII: декабрь 2012 г. - январь 2013 г.,
    , Семь искусств, №2
  • Кто никогда не плачет – никогда не увидит Христа. А кто плачет – увидит его непременно.

    О Валентине Распутине,
  • Западноевропейская литература оказалась погруженной в процесс индивидуалистического и эвдемонического самоутверждения, поисков универсального бытия для своего «я», а евангельские слова «что пользы человеку, если он приобретет весь мир, но потеряет душу свою?» (Мф. 16:26) стали актуальны для западного человека именно тезисом «приобретения мира», земных сокровищ в противовес православному пути спасения души.

    В.В. Кожинов о русском и западном литературном сознании: взаимодействие и противостояние,
    , Парус, №33
  • Сравните, например, суммы литературных премий: Сучковой — миллион рублей, Фокиной — 100 тысяч

    «Друзья! Друзья! Какой раскол в стране!..»,
    , Парус, №40
  • Русские евреи сформировались в основном из еврейского населения, оказавшегося на территории России в результате разделов Польши в 1772 – 1815 годах. Постепенно их еврейская сущность с высокой энергией, необходимой для выживания в иной среде, обогатилась русскими культурными ценностями, и они превратились в одну из важнейших частей мирового еврейства – русское еврейство[1]. За последние двести лет из Российской империи, Советского Союза и СНГ выехало более 4.250.000 евреев[2]. Они внесли существенный вклад в сохранение русской культуры за рубежом и в развитие современной западной цивилизации. Роль евреев-выходцев из России в возникновении и построении Государства Израиль трудно переоценить.

    Сколько евреев эмигрировало из России и когда?,
    , , Заметки по еврейской истории, №1
  • Но когда по первому каналу радушная московская хозяйка с уютным присюсюкиванием и ласковыми глазами всех твоих украинских родственниц, в том числе и безымянных, запекает мясо «по-французски» – в майонезе, ты понимаешь: нет, не перевелся еще на Святой Руси советский гурман-западник. Бывало, одна из таких родственниц и родственных душ той, что я вижу сегодня в телевизионном ящике, готовя пфлоймен-цимес, широким движением состругивала в казанок куски масла и приговаривала: «Какое масло? Где тут масло?»

    Мой сэкс.,
    , Семь искусств, №3
  • Убей в себе раба, убей жлоба, Прости плебеям пошлость и измену – И скучная, прекрасная судьба Достанется тебе всенепременно.

    Лето как диагноз (подборка стихов),
    , Ликбез, №23
  • Мефистофель говорит Фаусту: "Мне стоит плащ свой развернуть – / И мы взовьемся легче вьюги", а у Булгакова: "Плащ Воланда вздуло над головами всей кавалькады…"

    Фауст, Мефистофель, Воланд,
    , 22, №162
  • Незадолго до кончины Иаков хочет раскрыть своим детям "конец дней", благословляет своих сыновей, присваивая каждому из колен свою роль: из колена Иуды выйдут вожди, законодатели и цари; священники выйдут из колена Леви; ученые мудрецы - из Иссахара; купцы-мореходы- из Зевулуна; искусные воины - из Гада; судьи - из Дана; земледельцы - из Ашера и т. д. Реувен получает порицание за вмешательство в семейную жизнь отца, а Шимон и Леви - за уничтожение Шхема и заговор против Иосифа. Нафтали наделяется легкостью и быстротой лани, Биньямин - свирепостью волка, а Иосиф благословляется красотой и плодовитостью.

    Графический цикл «12 колен Израилевых» Колено Леви,
    , Заметки по еврейской истории, №2
  • Я знаю по меньшей мере двух людей, которые стали бы замечательными писателями, если бы процесс письма не вызывал у них отвращения. Поскольку память у меня плохая, я бы забыла девять десятых своей жизни, если б не дневники… Для любого человека это полезное дело – записывать. Обдумываешь, формулируешь, потом удивляешься, что за чушь в голову приходит. А иногда и не чушь!

    «Прожить несколько жизней…» Интервью с Людмилой Улицкой,
    , Семь искусств, №2
  • Имеется несколько свидетельств того, что Эйнштейн приветствовал русских футуристов, изучающих время. Н.Н. Пунин: «По имеющимся у меня непроверенным сведениям Эйнштейн написал приветственное письмо русским футуристам, изучающим время; письмо было адресовано Хлебникову. Так как Хлебников не знал, кто, кроме него, из русских футуристов занимается временем, то письмо это он целиком принял на себя» [Мир 2000.С.160–161].

    Теория относительности за пределами точного естествознания: Россия, 20-е годы[1],
    , Семь искусств, №8
  • двойник — это осколок некогда цельного сознания, противоречивого во многом, но единого, а не маркер сходства или различия разных сознаний.

    Определение понятия «двойничества» в литературе и философско-эстетическая база его возникновения,
    , Парус, №34
  • Четверикова и Безденежных пытались учить меня созданию произведений изящной словесности, но я выбрал поэзию – «буквы спокойной красоты», пусть и не адекватные какому-либо этическому учению. Дружба ценнее истины, но поэзия дороже учителей.

    «Говорят мне: тЫ БУдешь поэтом», или Порицание точности,
  • Литературные герои перестали быть пытливыми, искать ответы на вопросы. Они больше действуют, причем весьма прямолинейно. Поверьте, я как и вы устал от голых королей

    Нежность к жизни,
    , Парус, №14
  • Йосеп Исерн и Лагарда (Каталония): «По моему мнению, Тадеуш Ружевич – поэт тонкий, новаторский и вместе с тем чрезвычайно глубокий с точки зрения этической рефлексии в поэзии. Его творчество, с одной стороны, дополняет ещё очень неполную в Каталонии картину польской поэзии XX века (поскольку здесь главным образом звучит слово, хотя бы в книжной версии, Милоша, Шимборской, Херберта, Липской и Загаевского), с другой стороны, оно наполняет нашу лирику болью и трагедией военной и послевоенной Европы, особенно подчёркивая одиночество и изолированность человека во враждебном ему мире (особенно в больших городах). Именно благодаря этой “другой стороне”, выражающей тревогу и беспокойство о человеке, наш читатель чувствует, что рефлексия Ружевича ему ближе, чем он думает»

    Книжные переводы творчества Тадеуша Ружевича (2008 – 2012),
    , Южное сияние, №8
  • Мой гений О, память сердца! Ты сильней Рассудка памяти печальной И часто сладостью твоей Меня в стране пленяешь дальной. Я помню голос милых слов, Я помню очи голубые, Я помню локоны златые Небрежно вьющихся власов. Моей пастушки несравненной Я помню весь наряд простой, И образ милый, незабвенный, Повсюду странствует со мной. Хранитель гений мой — любовью В утеху дан разлуке он; Засну ль?— приникнет к изголовью И усладит печальный сон.

    О, память сердца!,
    , День и ночь, №3
  • Мой гений О, память сердца! Ты сильней Рассудка памяти печальной И часто сладостью твоей Меня в стране пленяешь дальной. Я помню голос милых слов, Я помню очи голубые, Я помню локоны златые Небрежно вьющихся власов. Моей пастушки несравненной Я помню весь наряд простой, И образ милый, незабвенный, Повсюду странствует со мной. Хранитель гений мой — любовью В утеху дан разлуке он; Засну ль?— приникнет к изголовью И усладит печальный сон.

    О, память сердца!,
    , День и ночь, №3
  • В человеке заложена способность к мифотворчеству. Поэтому люди, алчно впитывая в себя ошеломляющие или таинственные рассказы о жизни тех, что выделились из среды себе подобных, творят легенду и сами же проникаются фанатической верой в неё.

    То, чего не было,
    , День и ночь, №1
  • Наши мудрецы учат, что Храм Соломона и Храм Ирода имели разное назначение. Храм Соломона соединял Небо и Землю. Святая Святых и ковчег Завета были той точкой, в которой дух и материя соприкасались. Храм Ирода объединял народ. Для этой цели главное – внешний вид Храма и происходящие там ритуалы. Вернитесь к отрывку из «Иудейской войны» Иосифа Флавия, в котором он даёт описание Храма, и вы убедитесь в справедливости моих слов.

    Храм,
    , Заметки по еврейской истории, №7
  • Забраться в жизнь чужую, вдруг там твоя? Старик идёт помыть посуду, включает воду. Ты – вóт он. Она – повсюду.

    Стихотворения Симора Гласса. Переводы Владимира Гандельсмана и Валерия Черешни,
    , , Семь искусств, №7
  • Большую роль в создании компартии Италии сыграл Антон Геллер (1893-1935), более известный как Антонио Киарини. Он приехал в Италию в 1911 г., учился во Флоренции и стал официальным представителем Коминтерна в Италии. Особую группу политических эмигрантов составили большевики и эмиссары Коминтерна в 1917-22 гг. Ключевую роль среди «русских» большевиков играл Арон Визнер (1883-1937). Он много сделал для партийных организаций Генуи, Турина и Рима, снабжал газеты Италии информацией из Советской России. В 1937 был расстрелян. К числу участников группы принадлежал Натан Гринфельд (1884-1938), который стал сотрудником советской экономической делегации в Риме и организовывал прием делегации Чичерина; Марк Шефтель (1889-?) получил медицинское образование в Риме, где стал заметной фигурой русской колонии. Был уполномоченным Красного креста и Наркомата здравоохранения. Добивался восстановления дипломатических отношений с Италией и установления их с Ватиканом. Стал жертвой Большого террора.

    Евреи России в Зарубежье. Италия. Глава из новой книги,
    , Заметки по еврейской истории, №11
  • «В интендантских и медицинских подразделениях, в тыловых технических войсках, в службах пропаганды, включая фронтовые артистические бригады, евреев было значительно гуще, чем на передовой»

    Вклад евреев мира в победу над германским нацизмом,
    , Заметки по еврейской истории, №8
  • Маяковский увлекся ею мгновенно, и это чувство всего его преобразило: к концу дня он предстал перед друзьями «возбужденный, чему-то улыбающийся, рассеянный необычно, совсем на себя не похожий». Он был настойчив, страдал, не желая примириться ни с какими условностями.

    «Мария! Имя твое я боюсь забыть…»,
    , Семь искусств, №7
  • Может показаться, что чухинская созерцательность лишь в пейзажных зарисовках: талантливо созданных картинках природы с нескончаемыми дождями, парящими в вышине птицами, последними листьями на деревьях и т.д. Но это не просто любование природой, не взгляд стороннего наблюдателя, а попытка рассмотреть и осмыслить самую суть, узнать «чего никто не знает»

    Открытая душа (лирика Сергея Чухина),
    , Север, №9-10
  • Давнишний друг, оставив службу в издательстве, сидит в зимнем Медведкове, на своем двенадцатом этаже, среди полок, ломящихся от книг, подоконников, заставленных цветами, и неподкупно реалистических, но почему-то всегда печальных пейзажей кисти покойного родителя. Не просто сидит, а корпит над давным-давно задуманной работой о Кропоткине, изредка присылая нам для перевода французские фразы, встреченные в письмах знаменитого анархиста, то ли приятеля его предков, то ли родича. Кому нынче нужен Кропоткин? Пошлый вопрос. Ему – нужен. Всю жизнь интересовал.

    Хромые на склоне. Эмигрантские записки,
    , Ковчег, №45
  • Как-то, приехав на недельку в Москву, я заглянул к писателю Леониду Зорину, с которым много лет назад познакомился в Одессе. Он, помню, туда приезжал на премьеру своей «Театральной фантазии», блестяще поставленной молодым одесским режиссером Олегом Сташкевичем. В тот момент в гостях у Леонида Генриховича был достаточно известный московский критик Н. (почему я не хочу называть его фамилию, вы поймете чуть ниже). Хозяин со словами «Вам это тоже будет интересно» пригласил и меня посидеть с ними в кабинете. Я слушал их беседу, в которой речь шла, как я понял, о новых журнальных публикациях. Дождавшись паузы и испросив разрешения хозяина, я спросил у критика: — Простите, что я не по теме, но вот у меня такой вопрос. Некоторое время назад вышел четырехтомник Жванецкого… — Да-да, — живо откликнулся гость, — я видел! —Так не могли бы вы мне ответить, почему..

    О Жванецком,
    , Семь искусств, №12
  • Мириться лучше со знакомым злом,/ Чем бегством к незнакомому стремиться!/ Так всех нас в трусов превращает мысль/ И вянет, как цветок, решимость наша/ В бесплодье умственного тупика./ Так погибают замыслы с размахом,/ Вначале обещавшие успех,/ От долгих отлагательств.

    Монолог Гамлета "Быть или не быть?" В подлиннике и в русских переводах,
    , Точка зрения, №4
  • Их улочка Молодёжная действительно пряталась за разросшимися кустами черёмухи. Во время цветения аромат черёмухи дурманил голову, а летом глазам открывалась ужасная картина. Деревья затягивались паутиной. Какая-то мелкая тля съедала листья дотла. И если бы не паутина, можно было подумать, что на деревья обрушился великий пал, сжигая всё на своём пути. Видеть такое зрелище было больно, но кому есть дело до «ничейных» кустов? Тем более, что от уличной дороги их отделяла глубокая канава.

    Гагара,
    , Север, №7
  • Они тщательно сберегали тысячи томов художественной и научной литературы, хранили полные собрания журналов «Отечественные записки», «Вестник Европы», «Русское богатство», «Русская мысль», «Былое» – всего мне не перечесть. В их семейном архиве я видел позже и читал письмо Л. Н. Толстого боевому товарищу по Крымской войне – майору Петру Ешину, отцу Леонида Петровича. По своему недомыслию не понял ценности реликвии, копию даже не догадался снять, а она где-то погибла.… Но как бы то ни было, прослышав о богатой библиотеке, я однажды преодолел робость, постучался в дом Ешиных и был принят, обласкан да так и прилепился к этой семье.

    Мой университет. Из воспоминаний,
    , Ковчег, №34
  • Религия это средство, а нравственность – цель, а не наоборот. И если религия приводит своего приверженца к имморализму, то от нее лучше и вовсе отказаться.

    Проект "Просвещение". Интервью с М.Сергеевым ,
    , Слово\Word, №88
  • ...Я чуждался вас, малодушно поддаваясь враждебным влияниям... и только накануне отъезда надо было мне разглядеть под этой оболочкой женщину, постигнуть её обаяние искренности,.. чтобы унести с собою... бесплодное сожаление о даром утраченных часах. Но когда я вернусь, я сумею заслужить прощение и, если не слишком самонадеянна мечта, стать вам когда-нибудь другом...

    Тетрадь В.Ф. Одоевского (стихи последнего года жизни),
    , Семь искусств, №10
  • Честно сказать, Лидия, я делал тебе предложение в надежде, что ты откажешься. Прости! Я просто хотел оказаться у тебя в постели. Брак выдуман для посредственных людей, которые бездарны как в большой любви, так и в большой дружбе.

    Как говорил Заратустра,
    , Русская жизнь, №6
  • Время – оно такое: бесконечное, безликое, бесчеловечное. Время – океан, небо и космос одновременно. Оно – пустота, в которой ты никогда не найдешь точки отсчета. И в своей бесстрастности, в своем безразличии, в своей беспредельности время помогает нам пережить любые печали, опохмелиться от любого горя, залечить любые раны.

    Дни лукавы,
    , Ковчег, №48
  • Гораздо позже при совсем иных обстоятельствах он вдруг поймет о времени кое-что важное. Все говорят, что мы движемся вслед за временем вперед и вперед. Но это далеко не так. Наоборот, мы вынуждены идти против течения. И пока мы молоды, нам это удается более чем хорошо. Но чем дальше мы идем по реке времени, тем сложнее нам становится. Словно его частицы липнут к нашим ногам, притормаживают, затягивают всё глубже и глубже в поток. Чем старше ты, тем выше для тебя уровень потока. В раннем детстве ты и пяточек не замочишь, а в тридцать – уже по колено, что уж там говорить про какие-нибудь сорок пять, когда поток и вовсе по пояс. И ты, конечно, был бы рад снова оказаться на мелководье, вот только грязь воспоминаний так прилипла к подошве твоих ботинок, что уже до самой смерти ты не сможешь ее сбить.

    Дни лукавы,
    , Ковчег, №48
  • Ломоносов не считает, что поэзия и служба вещи противоречащие друг другу. У него нет этого привычного, даже банального для нас конфликта. Ведь и его поэтический дар впервые проявляется при сочинении хвалебной (сейчас бы сказали — «сервильной») оды на взятие русской армией крепости Хотин. Ломоносов не видит также противоречия между пользой и искусством. Поэтическое произведение, по мнению Ломоносова, может быть полезным и изящным одновременно. Не существует, с его точки зрения, и принципиальной разницы между научным и художественным мышлением. Но вот что удивительно — прочитав книгу Нечипоренко, и мы перестаем различать эту разницу!

    О книге Юрия Нечипоренко «Помощник царям»,
    , Русская жизнь, №3
  • У героя не возникает окончательной уверенности, была ли увиденная им послушница его возлюбленной. Более того, сюжет не дает возможности твердо увериться, действительно ли героиня ушла в монастырь или просто ушла из жизни героя. Вероятность последнего ничтожно мала, но не исключается даже героем. Автор по-пушкински использует «диалогические» возможности ситуации, сохраняя все вероятности исхода, заложенные в жизни и в сюжете. В этом отчетливо проявляется признак «романного» сознания (как его формулировал, противополагая «эпосу», Бахтин).

    «Так испытывал ее Бог…» Культурно-исторический и художественный хронотоп в рассказе И.А. Бунина «Чистый понедельник»,
    , Парус, №26
  • Ну, хватит… Пусть горько судьба порой шутит: Уносит любовь сквозняком, Как беленький парашютик, Одним телефонным звонком. И нет ничего пустяковей, Сжигать за собою мосты И пить недоваренный кофе

    Хабаровск мой околдован,
    , Литературный меридиан, №6
  • Если люди забудут меня, То трава не забудет, Будет лютик грустить без меня, Вспоминать меня будет. Не забудет меня бересклет – Мы с ним жили так дружно. Не забудет меня белый свет. Ну а что ещё нужно?

    Новые стихи,
    , Семь искусств, №7
  • Перечитав уже написанное, подумал: да зачем же нам сталкивать художественные явления? Ну, для современников это были живые фигуры, вот и получалось Вагнер против Верди, Брукнер против Брамса, Брамс против Чайковского и т. д., и т. п. Само по себе взаимное отторжение сильных художественных натур явление понятное. Как и появление «фанатов», «тиффози» и т. д., заболевающих манией величия своего кумира. Но нам-то зачем? Это же такое счастье, что жили и творили настоящие, от Б-га Мастера! Пусть каждый выбирает себе музыку по душе. Есть из чего выбирать.

    Вагнер и Верди Несколько наблюдений,
    , Семь искусств, №8
  • Стихотворение «Увижу ли, как лес сквозит…» заканчивается развёрнутым сравнением, из которого узнаём, что «у Есенина в ногтях (под ногтями. — Ю.П.) // осталась известь штукатурки. // Как он цеплялся за косяк, // пока сознанье не потухло!». Штукатурки, однако, под ногтями у Есенина не было. И до косяка — если следовать логике фантазирующего Вознесенского — Есенин не смог бы даже дотянуться. Но, главное, — поэта убили.

    Андрей Вознесенский: неюбилейные заметки,
    , Парус, №23
  • Но вернемся к «Письму». Собственно, мысль, что оно написано от имени евреев, возникло и у меня. Но это было первое впечатление, подкрепленное некоторыми цитатами: «Мы не желаем быть благодарными тебе за свою жизнь и жизнь своего рода, усатая сука», «Ты положил в семь слоёв русских людей, чтоб спасти жизнь нашему семени» — это все наводит на мысль, что действительно речь идет от некоего народа, и, учитывая, историю Второй мировой войны, очевидно, что народ этот — евреи. Но после появления ответной статьи «Стесняться своих отцов» для меня все стало на свои места.

    Личность и творчество Захара Прилепина глазами студентов факультета журналистики КубГУ,
    , Парус, №26
  • А если таланта нет, учиться неохота, работать лень, а быть богатым и знаменитым ужас как хочется?

    Музей? Современного? Искусства?,
    , День и ночь, №2
  • А если таланта нет, учиться неохота, работать лень, а быть богатым и знаменитым ужас как хочется?

    Музей? Современного? Искусства?,
    , День и ночь, №2
  • 1) красное — карьера военного, красный мундир, черное — карьера священника и черная сутана. Жюльен хотел испробовать и то, и другое, но склонился к последнему, так как священники были «в моде»; 2) красное — революция (образ Дантона всегда сопутствует Жюльену), черное — реакция Реставрации (заговор де Ла-Моля); 3) собираясь стать воспитателем детей у господина де Реналя, Жюльен заходит в церковь, где видит красные отсветы, похожие на кровь, а в финале романа ему отрубит голову и прольёт его кровь палач в черном; 4) символика романа, связанная с игровой концепцией масок, которые сменяет Жюльен, похожа на игру в рулетку, где красное — выигрыш, черное — проигрыш.

    Роман Стендаля «Красное и черное» в контексте христианской мысли,
    , Парус, №25
  • «Хохлы упрямый народ; им кажется великолепным все то, что они изрекают, и свои хохлацкие истины они ставят так высоко, что жертвуют им не только художественной правдой, но даже здравым смыслом»

    Чехов как русский человек: заметки на полях книги Ивана Бунина,
    , Парус, №30
  • Удар кинжала! Кто бы согласился, Кряхтя, под ношей жизненной плестись, Когда бы неизвестность после смерти, Боязнь страны, откуда ни один Не возвращался, не склоняла воли Мириться лучше со знакомым злом, Чем бегством к незнакомому стремиться!

    Монолог Гамлета "Быть или не быть?" В подлиннике и в русских переводах,
    , Точка зрения, №4
  • Говоря об Ахиллесе, мы должны особо учесть этот факт. Во всяком случае, у меня он вызвал, по меньшей мере, удивление. Только подумайте: ведь Ахиллес является единственным героем среди всех ахейцев, который пришёл на войну вместе со своей мамой!

    Ахиллес - антигерой,
  • Неизреченные слова, неизреченные молитвы… А это все – цветы, трава и шум листвы, где гнезда свиты. Пчела росинку пьет с листа, и речка щурится от солнца… И эта Божья красота нам во спасение дается.

    "И звук, и свет, и мысль...",
    , ЖЛКиС, №9
  • Книга, как и раньше, не только удовлетворяет эстетические потребности читающего, но и воспитывает. Однако учитывая, каково её содержание (если судить по книжным магазинам и тому, что предлагают сегодняшние «книгоноши»), это воспитание далеко не всегда имеет знак «плюс».

    Круглый стол: "Роль русской литературы и литературного журнала в современной России",
    , Парус, №27
  • Из мистерии в рождественский рассказ перешла трехуровневая организация пространства (ад — земля — рай) и общая атмосфера чудесного изменения мира или героя, проходящего в фабуле рассказа все эти три ступени. Рождественский рассказ, как правило, имеет светлый и радостный финал, в котором торжествует добро в материально-душевном его воплощении. Чудо реализуется не только как божественное вмешательство, но и как счастливая случайность, удачное совпадение, которое рассматривается также и как знак свыше. Часто в структуру западноевропейского рождественского (календарного) рассказа входит элемент фантастики и мистики.

    Своеобразие жанра рождественского и святочного рассказа в западноевропейской и русской литературе,
    , Парус, №26
  • Не всегда, разумеется, всё получалось так гладко. Бывало, сойдёт семь потов, пока выделишь какой-нибудь, запаянный насмерть, желудок — и успеешь не раз проклясть день и час, когда ты пошёл в хирургию. То ли сам будешь не в лучшей форме, то ли больной попадётся такой неудобный, что всё в нём не так, не с руки — но порой операция превращается в каторжную, изводящую нервы работу. Пыхтишь, обливаешься потом, орёшь на своих ассистентов — а когда сам оперируешь плохо, то и помощники, кажется, больше мешают, чем помогают — и устаёшь в конце концов так, будто всё это время ты проработал в кузнице молотобойцем.

    Доктор (часть 1),
    , Золотая Ока, №1
  • Слова, слова, слова… Как флаги на параде, Как листопад в саду, Как рябь на водной глади, Как капельки дождя, Как клеточки в тетради… Подумай, сколько слов Ты произносишь за день! Подумай, сколько слов, До уст не донесенных, Умножило б собой Число произнесенных – В исправленной строке За прочерком лиловым. Слезинка на щеке – Несказанное слово!

    Слова, слова, слова,
    , Точка зрения, №4
  • На себя не сильно и похожий, кое-как подстрижен и одет, человек у зеркала в прихожей, человеку слишком много лет. Он из тех, кто курит «Нашу марку», выпивая, плачет от тоски. Он из тех, кто делает подарки сам себе и штопает носки. Будто по условленному знаку, только утром схлынет темнота, он идёт выгуливать собаку. Лучше бы завёл себе кота. Но из летаргического плена вырвется и он когда-нибудь. И, шатаясь, выйдет из пельменной, широко свою расправив грудь. Он поймает тачку у шалмана, на сидушку плюхнется, икнёт. Крикнет – трогай! мать твою!.. к цыганам! И уже до смерти не заснёт.

    Человек у зеркала в прихожей,
    , Литературный меридиан, №1
  • Давно не мачо, услаждавший уши, обыденный, как старая таверна, он по-щенячьи подставляет душу под плюшевую лапу постмодерна.

    Стам,
    , Слово\Word, №87
  • Твой путь земной - не шаткий и не валкий - на этой гулкой точке завершив, взлетят куда-то к потолочной балке растерянные двадцать грамм души, где и замрут, как мир окрестный замер

    Стам,
    , Слово\Word, №87
  • Национал-социализм – это организация общества, при которой ведётся постоянная борьба с тенденциями паразитизма, любая публичная или частная деятельность подчинены принципу «Общественное благо превыше личного блага». Национал-социализм – тоже одна из форм правления государством, свойственная для фашистской Германии.

    Настоящий скинхед – не фашист,
    , Вольный лист, №8
  • Семья, сучий потрох, гнойный аппендицит, группа тел, сжавшихся воедино во взаимном объятии страха: «Саша, не выходи на улицу, там у подъезда какие-то парни!» Семья обучает бояться, трястись, усираться от страха. Это школа трусости.

    Монстр с заплаканными глазами: семья. Глава из книги "Другая Россия".,
    , Опустошитель, №9
  • Семья: липкая, теплая навозная жижа, где хорошо отлежаться дня два, от побоев физических, в драке, и от моральных увечий. Но семья как чахотка ослабляет человека, изнуряет своей картошкой с котлетами, своей бессильной беспомощностью.

    Монстр с заплаканными глазами: семья. Глава из книги "Другая Россия".,
    , Опустошитель, №9
  • Сонька Золотая Ручка была бандиткой с неистощимой фантазией, любила воровское дело, как музыкант скрипку. Эта очаровательная дама говорила на пяти языках, у неё были светские манеры. Её методы были наглыми и виртуозными. Она, например, прятала под длинные ногти холёных ручек бриллианты в ювелирных лавках, либо выходила «на дело» с обезьянкой: пока хозяйка торговалась, напарница потихоньку запихивала за щеку камешки…

    Ник Ильин и его «Одессея»,
    , Южное сияние, №6
  • Две очаровательные девушки, одна из них в тельняшке, вторая, судя по всему, без нижнего белья, идут по бульвару и задорно обсуждают свои соски (ударение на втором слоге). Я понимаю, что в Одессе это лучший повод для рефлексии (ударение опять на втором слоге).

    Дорогие россияне,
    , Сибирские огни, №3
  • Европа — дряблая, богатая старуха — взяла на содержание молодого любовника, красавца с дикой кровью. Этот любовник — Восток. Он покамест ее ублажает, обслуживает — но мало-помалу прибирает к рукам старухины богатства. Придет день, красавец почувствует себя хозяином — и перережет старухе глотку.

    Записки в недоброе время. (Из дневника Александра Беловодова),
    , Парус, №21
  • Мне так нужен воздух, которым ещё не дышали, Загадки, задачи, которых ещё не решали, И звуки, которых покуда не слышал никто. А я свои силы истратила только на то, Я только на то драгоценное время убила, Чтоб с тем разобраться, что здесь до меня уже было.

    Для божьей маленькой коровки,
    , Сибирские огни, №1
  • Человек собирает книги, книга собирает человека. Это именно так. Книга воспитывает вкус, определяет род занятий, в конце концов, побуждает к действию.

    Человек собирает книги, книги собирают человека,
    , Точка зрения, №5
  • Чему я улыбался? Ну, тогда-то, ребёнком, понятно: передо мною лежала почти бесконечная жизнь, были живы родители, мир был ласков ко мне, и шалаш, на глазах выраставший из веток, он как бы мне обещал: впереди будет только хорошее. Но теперь, когда всё было кончено, когда жизнь так жестоко со мной обошлась — чему же теперь я был так бессмысленно рад?

    Доктор (часть 1),
    , Золотая Ока, №1
  • Пережив глубочайшее разочарование в идеалах революции, Либкнехт Петрович мстительно готовился назвать своего следующего ребенка Деместром, Монтерланом, Лярошелем, Петеном, Мессалиной, Эвитой, Франко, Людовиком или даже Дуче, но, к несчастью, выяснилось, что детей у его горячо любимой супруги больше не будет.

    Портрет художницы в юности,
    , Опустошитель, №8
  • Сперва он потерял сознание и пошёл было ко дну, но от прохладной воды быстро очухался, вынырнул и отплевался. Корабль уже исчез с глаз, трещала башка, и хотелось тошнить. Вокруг качалось Средиземное море, и никакой земли, куда ни глянь, нигде не маячило. Что бы Вы или, скажем, я сделали на Бенином месте? Решили бы, что, мол, амба, песенка спета, и благополучно пустили б пузыри. Но Беня вырос, можно сказать, на лимане, и он-таки поплыл, благо, волна шла не крутая.

    Я знаю?,
    , Семь искусств, №12
  • Но давайте закончим с пейзажем, я хочу рассказать про вину. На Ивановском кладбище нашем оскверняют могилу одну. Ермакова, который в отделе был всего лишь одним из семи, но участвовал в красном расстреле императорской белой семьи.

    На первой исповеди,
    , День и ночь, №5
  • Однажды в детстве шли по Киренску и пристали к ним три дюжих полупьяных мужика. Дед резко покраснел, те решили, что сдрейфил, и полезли. Вот тогда дед ударил, почти без замаха. Мужик по воздуху перелетел улицу и разбил забор. Отец вспоминал, как остальные бурно впали в восхищение, просто в дикий какой-то восторг: “Саратовский?!” “Саратовский, саратовский” — усмехнулся дед. Когда пошли дальше, дед сказал: “Не дерись, решай миром, но если нельзя — бей первым”.

    Отец,
    , Сибирские огни, №6
  • И кто мне объяснит, кто и за что сидит, и почему другим всё можно по закону, и почему народ молчит, а не кипит, и как любить страну, похожую на зону?

    На пути к свету,
    , Золотая Ока, №3
  • В мире дурацких оценок мы проживали, друзья. Мы собирались на сцену, нам говорили: нельзя. Дескать, не значитесь в списке к пьесе допущенных лиц; ешьте в буфете сосиски на бенефисе тупиц.

    Всё лучшее останется со мною,
    , Золотая Ока, №4
  • Летает чайка над морской волной, Не чувствуя ни грудью, ни спиной, Что этой замечательной страной Руководит на голову больной.

    Феномен Юнны Мориц,
    , Парус, №17
  • Даже если ты не веришь в то, что я здесь пишу, ты видишь, что я пишу это тебе.

    Типичная жизнь,
    , Ликбез, №21
  • Смерть опустилась на камень, сплела белые пальцы и долго молчала. — Робкие меня боятся,— сказала она наконец.— Храбрые — презирают. Дерзкие бросают мне вызов. А те, чьих близких я излечила навеки, меня ненавидят. Иные пытаются меня отогнать, иные, с отчаянья, призывают. Но до тебя ещё никто и никогда меня не жалел!

    Доктор Бартек и его учительница,
    , День и ночь, №4
  • На горе зеленеет могила, но бывают минуты когда, непогода ли в том виновата, непонятно, короче, в чем соль, настигает меня как расплата за ошибку фантомная боль. И хожу я весь день инвалидом, и тоскливо, хоть плачь, на душе, и неясно чего же болит там – вроде все отболело уже.

    Последняя радость осталась – дорога...,
    , ЖЛКиС, №8
  • Сегодня перед религией стоит небывалый вызов – ей противостоит не атеист, а человек развлекающийся, готовый и саму религию превратить в развлечение.

    О разуме, чувстве и вере,
    , 22, №162
  • Но лучшая сигарета со мной случалась утром, когда имеет место что-то теплящееся в печатной машинке, солнечный отблеск в оконной раме и, может быть, Берлиоз на заднем плане.

    Mark Strand, Billy Collins, Robert Frost,
    , Ликбез, №21
  • Я как пожар: горю в незримом, / Но каждый раз с приходом дня / Боюсь, что скоро стану дымом, / Одним лишь дымом без огня.

    Снег, убежавший с небес,
    , Ковчег, №36
  • Экспертное знание загромождает мир студента, словно ненужная мебель маленькую квартиру; оно ничего не дает ни для понимания этого мира, ни для овладения им, зато оно создает в этом мире тесноту, вынуждая считаться с собой на каждом шагу и требуя к себе уважения.

    Борьба за субъектность,
    , Культиватор, №3
  • Ей все время казалось, что они не муж с женой, а два случайных попутчика, волею судеб оказавшихся в одном купе поезда под названием Жизнь. Сойти с поезда невозможно, поменять купе тоже, и они вынуждены как-то сосуществовать, спать в одной постели, есть из одной кастрюли, стараясь не впустить партнера в душу.

    Манго,
    , Сибирские огни, №6
  • В любви не признавайтесь никогда — что вам ответ, когда он так не важен?.. Зачем вам ворох слов? Зачем вам те слова, которых отзвук грозен и порою страшен? Смотрите лучше в чьи-нибудь глаза: их блеск, я уверяю, краше.

    В Сибири по-прежнему холод,
    , Сибирские огни, №5
  • Я сидел на кухне, пил кофе и смолил неизменную “Золотую Яву”. Все было крепким и горячим, все было кристально объяснимо, пока в пластиковое окно не начала ломиться металлического окраса синичка.

    Сиреневый бражник,
    , Сибирские огни, №5
  • Уникальная особенность жизни в советском государстве заключалась в том, что музыка Шнитке, Губайдулиной, Шостаковича, Денисова встречалась не только в специально отведенном «гетто» концертов академической музыки, но и в кино, театре, радиоспектаклях и даже мультфильмах.

    Искушения по Шнитке,
    , Ликбез, №20
  • Море, ночь, полупустой пляж. Старый подвыпивший бродяга плетется вдоль берега, распевая гимны Древней Греции.

    Достоевский отправляется на пляж,
    , Ликбез, №20
  • Время шло, нас в этом тесном пространстве становилось все больше. Новички, не упавшие к нам мёртвыми, умирали чуть позже. И тогда, проскальзывая между ними, живые поднимались выше их тел. Нас всех ожидало одно. Вопрос был лишь в том, когда перестать бороться.

    Борьба,
    , Литературный меридиан, №4
  • Листай свой календарь, листай, живи, не умещаясь в сутки, пока чисты ещё поступки и совесть-умница чиста. Пока одна нехороша – в саду безумная крапива, пока всё сложено на диво, хоть непонятно ни шиша!

    Спешу и оставляю отраженья...,
    , Литературный меридиан, №4
  • По мнению Роже Шартье, любой текст всегда материален, следовательно, всякий «порядок дискурса» находится в зависимости от порядка материальных условий его репрезентации и модальности присвоения читательскими сообществами.

    Техника чтения 2.0 или поэзия после блогов,
    , Транслит, №9
  • О том, что жизнь прошла, не успев начаться, понимаешь внезапно. И эта мысль ошпаривает, как первый глоток неразведённого спирта, как первая бомба, взорвавшаяся неподалёку от тебя, как первая баба, которая сказала тебе: «А пошёл ты, козёл...»

    Три значка,
    , День и ночь, №2
  • Песне, как воздух, нужны хорошие слова, которые мы должны брать и у бардов, но – отбрасывая их музыку, потому что – какая же это, простите, музыка? Ведь у этих людей – никакого музыкального образования!

    Еще раз о Булате,
    , Семь искусств, №4
  • Мой прадед, плотогон и костолом, / Не вышедший своей еврейской мордой, / По жизни пер, бродяга, напролом, / И пил лишь на свои, поскольку гордый.

    Следы на перекрестке,
    , Еврейская Старина, №4
  • Сжатое и неистовое действие в чем-то подобно лиризму: оно вызывает сверхъестественные образы, кровотечение образов, и хлещущая кровавая струя образов пребывает как в голове у поэта, так и в голове зрителя.

    Покончить с шедеврами,
    , Опустошитель, №6
  • Что всякое произнесенное слово мертво и действует лишь в тот момент, когда произносится, что форма, которую раз употребили, более не нужна и зовет лишь к поискам иной формы.

    Покончить с шедеврами,
    , Опустошитель, №6
  • А мой ресторанчик теперь пустует. Так, вечером забежит стайка тощезадых малолеток, закажет одну пиццу на всю компанию. И пара-тройка алкоголиков напьется дешевым вином, пока все не попадают на стол головой. Вот и вся моя клиентура.

    Новая жизнь галерейщика,
    , Опустошитель, №6
  • Бросив пить и курить, закодировавшись, мой друг, бессребреник, перерос в такого ростовщика, скупердяя и супернегодяя, что я узнаю его лишь по прежнему облику. Общаться с ним стало сложнее, чем с пьяным.

    Камертон. Записки из ладьи Харона,
    , Парус, №14
  • Пойдем, я покажу тебе страну, в которой, вопреки всему, воскресла.

    В переулке Летучих Мышей,
    , Еврейская Старина, №1

НОВАЯ КНИГА

09.03.2018 6 минут

Толстокожая мимоза: Быть счастливым — или нормальным?

Адам Надашди (р. 1947) — лингвист, профессор английской кафедры Будапештского университета, известный в Венгрии популяризатор науки, поэт, эссеист, переводчик Шекспира, а также «Божественной комедии» Данте. Автор множества публикаций о проблемах гендерных меньшинств. Позитивный смысл текстов Надашди состоит в том, что они помогают взаимопониманию между большинством и меньшинствами. Вырабатывают дискурс, в рамках которого можно публично обсуждать проблемы сексуальной идентичности. Критики отмечают гражданскую смелость, журналистское мастерство и просветительский талант автора, умение видеть себя одновременно глазами большинства и своей более узкой группы. Адам Надашди показывает, что проблемы меньшинств касаются всего общества, и развеивает многие предрассудки и заблуждения, которые бытуют в связи с этой темой даже в толерантной части большинства.
0 , Адам Надашди, Ссылка на книгу: http://limbakh.ru/index.php?id=6925

Критика (История, Литературоведение, Философия, Религия, Воспоминания)

02.03.2018 16 минут

О некоторых особенностях художественного мира эпопеи Вацлава Михальского «Весна в Карфагене»

«Михальский (в отличие от своей героини, в отличие от именитых предшественников и известных современников) не идеализирует одну из сторон Гражданской войны. Война, по Михальскому, велась и красными, и белыми против собственного народа, поэтому многие ее участники духовно деградировали…»

0 (выбор редакции журнала «Парус»), Парус, №61

Культура (Интервью, История, Мнение, Публицистика, Философия, Религия, Воспоминания)

02.03.2018 59 минут

Понимание всех народов дает только Православие

«Мои суждения могут выглядеть во многом субъективными. У человека с другими интересами и жизненным опытом оценки могут быть другими. К тому же в каждом народе имеются различные социальные слои: от нищих и обывателей-середняков до т.н. “элиты”, правителей и религиозных наставников. Рассмотреть их общую национальную психологию можно лишь на основе их общих национальных ценностей и идеалов…»

0 (выбор редакции журнала «Парус»), Парус, №61

Поэзия

02.03.2018 5 минут

Вдруг сорвётся, как яблоко, слово

«Зачем он снится, если нет причины / Стареть и плакать, верить и страдать, / Чтоб с самого рожденья до кончины / Всё-всё, как есть, бессоннице предать?»

0 (выбор редакции журнала «Парус»), Парус, №61

НОВАЯ КНИГА

02.03.2018 14 минут

Взращивание масс. Модерное государство и советский социализм. 1914–1939

Американский историк Дэвид Хоффманн не согласен с историками, которые рассматривают СССР как аномалию исторического развития. Книга представляет историю советского государства в контексте идей и практик, свойственных многим государствам периода модерна. Исследование показывает, что нельзя относить все аспекты советского вмешательства в жизнь общества на счет идеологии социализма. Социалистическая идеология основывалась на идее трансформации общества, которая была общей для государств ХХ века. Преступления советского режима не становятся менее ужасными в результате такой «нормализации», однако особенности советского государства выделяются более четко. Дэвид Хоффманн — профессор Университета штата Огайо (Ohio State University) в США.
0 , Дэвид Л. Хоффманн, Ссылка на книгу: http://www.nlobooks.ru/node/9074

Критика (Мнение, Эссе)

28.02.2018 16 минут

Портрет ушедшей эпохи

Водоворот событий, харизматичная личность вождя, национальный подъём увлекли не просто многих, практически весь немецкий народ. Аналогия с коммунистическим энтузиазмом в СССР приходит в голову сама собой. Строители автобанов вполне могли работать, распевая «В буднях великих строек/ В веселом грохоте, в огнях и звонах».

0 (выбор редакции журнала «Семь искусств»), Семь искусств, №2

Культура (Публицистика, Театр, Воспоминания)

28.02.2018 54 минуты

Самый несоветский советский театр

Петроград дольше всех не мог отказаться от Петербурга, не мог заставить себя признать наступающий Ленинград. Как и Грановская. В ней все было из прошлого века. Фамилия, отчество. Речевые интонации и манера произнесения слов. Та особая культура говора, которая отличала людей — актеров, прежде всего, — старой формации, не засоренная специфической лексикой, не искореженная рваными темпами и скороговоркой ХХ века.

0 (выбор редакции журнала «Семь искусств»), Семь искусств, №2

Культура (История, Обзор, Публицистика, ИЗО)

28.02.2018 19 минут

Беседы об изобразительном искусстве

Русский купец, москвич, то есть представитель весьма дремучего слоя даже по российским меркам (по сравнению с гораздо более утонченным Петербургом), вдруг становится фанатом совершенно нового течения в живописи, вызывающего полное неприятие у себя на родине, в просвещенной Франции, где никто даже и не думает коллекционировать такую мазню.

0 (выбор редакции журнала «Семь искусств»), Семь искусств, №2

НОВАЯ КНИГА

28.02.2018 10 минут

Бессмертники

1969-й, Нью-Йорк. В Нижнем Ист-Сайде распространился слух о появлении таинственной гадалки, которая умеет предсказывать день смерти. Четверо юных Голдов, от семи до тринадцати лет, решают узнать грядущую судьбу. Когда доходит очередь до Вари, самой старшей, гадалка, глянув на ее ладонь, улыбается: «С тобой все будет в порядке, ты умрешь в 2044-м». На улице Варю дожидаются мрачные братья и сестра. В последующие десятилетия пророчества начинают сбываться. Судьбы детей окажутся причудливы. Саймон Голд сбежит в Сан-Франциско, где с головой нырнет в богемную жизнь. Клара после встречи с гадалкой с каждым годом все глубже будет погружаться в мечты, желая преодолеть грань между фантазией и реальностью. Дэниэл станет военным врачом, и жизнь он будет вести размеренную, пока не вмешается та самая судьба. Варя посвятит себя изучению проблемы бессмертия, балансируя между наукой и вымыслом. Удивительной глубины роман о связи неизбежности и свободы выбора, о переплетении иллюзии и реальности, о силе семейных связей и силах, их разрывающих.
0 , Хлоя Бенджамин, Ссылка на книгу: http://phantom-press.ru/catalog/415/

Проза (Рассказ)

25.02.2018 101 минута

Caught by the crabbing sun

В Городе море сковано сотнями хитроумных приспособлений, упорядочено, иссечено молами, пронумеровано буями. Каждую минуту над ним совершаются надругательства яхтами, катерами, буксирами, приближающимися к гавани океанскими лайнерами, гигантскими, похожими на каких-то кубистских чудовищ контейнеровозами, балкерами, танкерами, угловатыми паромами, извергающими у причалов десятки автомобилей. Каждую минуту оно поглощено суетой, ничего общего не имеющей с его истинной природой. Здесь же едва ли увидишь одну-две ветхих рыбацких шхуны, упрямо покачивающихся на осенних волнах. Иногда, глядя на них, на их усилия, нисколько не изменившиеся за последнюю тысячу лет, на их движения, выверенные веками, удается уловить древнюю прелесть хаоса, подступившего к тебе вплотную.

0 (выбор редакции журнала «Южное сияние»), Южное сияние, №18

Проза (Повесть, Фантастика)

25.02.2018 138 минут

Замок из песка

За его спиной, за сложенными из огромных каменных блоков стенами, есть всё необходимое для спокойной жизни в одиночестве. Замок, стоимость которого исчисляется сотнями миллионов, нашпигован самой современной электроникой, за удовлетворение потребностей его хозяина отвечают последние достижения робототехники, и всё это тщательно спрятано от глаз, потому что ничто не должно нарушать царящую внутри атмосферу. На первом этаже расположена огромных размеров кладовая. Там, в скрытых в стенах холодильных и морозильных камерах, хранится запас пищи, достаточный, чтобы прокормить одного человека в течение девяноста лет.

0 (выбор редакции журнала «Южное сияние»), Южное сияние, №18

Поэзия

25.02.2018 7 минут

Парус алый, парус белый

А может, всё ж передохнём, чтобы совсем не передохнуть? Перестираем всё бельё и на ветру оставим сохнуть. Чердачное окно открыв, увидим кран, платан, качели, все параллельные миры и точку их пересечений.

0 (выбор редакции журнала «Южное сияние»), Южное сияние, №18

НОВАЯ КНИГА

25.02.2018 7 минут

Душа осьминога

Финалист Национальной книжной премии США 2015 года. «Одна из лучших научно-популярных книг года» по версии программы Science Friday на Национальном общественном радио США (NPR). Практикуя настоящую «журналистику погружения», от Аквариума Новой Англии до вод Французской Полинезии и Мексиканского залива, известный автор-натуралист Сай Монтгомери подружилась с несколькими осьминогами с поразительно разными характерами — нежной Афиной, напористой Октавией, любопытной Кали и жизнерадостной Кармой, — которые проявляют свой интеллект множеством разных способов: убегают из «суперзащищенных» аквариумов, воруют еду, играют в мяч, разгадывают головоломки. Опираясь на научные сведения, Монтгомери рассказывает об уникальной способности осьминогов к решению задач. Она исследует эмоциональный и физический мир этих животных, удивительные отношения, складывающиеся между ними и людьми, а также знакомит нас с сообществом увлеченных специалистов и энтузиастов, сложившимся вокруг этих сложных, умных и общительных существ. Временами веселая и смешная, временами глубокая и трогательная, книга «Душа осьминога» рассказывает нам об удивительном контакте двух очень разных видов разума — человека и осьминога.
0 , Сай Монтгомери, Ссылка на книгу: http://www.nonfiction.ru/books/dusha-osminoga-tainy-soznaniya-udivitelnogo-sushchestva

Поэзия (Перевод)

23.02.2018 7 минут

Дом на семи ветрах

«посмотри – ты видишь? Восточная там река?» / «она ходит ногами а может быть на руках?» / «разве ты не знаешь: её носят жёлтый пёс и лиса / то восьмое чудо света вдобавок к семи чудесам» / кто-то вбухал воды в тот глубокий ров / и ромашек насеял для синих коров...

0 (выбор редакции журнала «Слово\Word»), Слово\Word, №97

Проза (Рассказ)

23.02.2018 15 минут

Шахта внутри и снаружи

... Улица казалась ей узкой, тесной и бесконечной, и скоро, скоро ее кольнула мысль, что это вообще не улица. Это продолжение каменного лабиринта шахты, вот что. Вот вам и секрет. Вот и понятно, почему не горит ни один фонарь. Почему в разрывах черных туч не видать ни одной звезды. Они просто-напросто не выбрались еще из шахты. Это им только показалось – после водки «березка», возможно? – что они шагают по улице Гоголя. Ни улицы Гоголя, ни улицы Белинского, ни бульвара Строителей, заваленного мокрыми листьями, им больше не видать…

0 (выбор редакции журнала «Слово\Word»), Слово\Word, №97

Проза (Рассказ)

23.02.2018 29 минут

О странностях души

Этот портрет он знал с детства. Он висел у него над детской постелькой. В детстве он загадал, что эта юная девушка с наивно-очаровательным лицом и кротко опущенными глазами – его будущая невеста и он её, повзрослев, непременно найдет. Найти не привелось, но женский образ несказанной прелести и нежности так и сопровождал его всю жизнь...

0 (выбор редакции журнала «Слово\Word»), Слово\Word, №97

Проза (История, Мнение, Воспоминания)

23.02.2018 25 минут

Кузьминский - 1972

Кузьминский брал пиво без очереди. Всегда. Привычно. В любом районе города. В любой пивнушке. В любом ларьке. Для него это было чем-то само собой разумеющимся. За внешность, из шестнадцатого века, за сходство, пусть и отдалённое, с государем Иваном Грозным, за колоритность, за непохожесть на всех остальных, за самобытность, оригинальность — его привечали. За ум и юмор — его ценили. За шрам — его уважали.

0 (выбор редакции журнала «Слово\Word»), Слово\Word, №97

Поэзия

23.02.2018 5 минут

Берейшит бара Элогим

"В лавке старьевщик продает тощий заморский хлам: / безделицы, вышедшие из употребления (там), / распыляются в воскресных лучах Нового Света. / В рыбных пятнах церковная старенькая газета. / Пасть разинувшая на неизвестной почве штиблета / испанского производства. Мулета. / Оперившийся перьями сиу глобус."

0 (выбор редакции журнала «Слово\Word»), Слово\Word, №97

НОВАЯ КНИГА

22.02.2018 8 минут

Книга гастрономических историй...

Перед вами сборник личных историй и воспоминаний с кулинарным оттенком. Их рассказали тридцать абсолютно разных людей. Писатели, актеры, журналисты, художники и блогеры из России, Украины, Грузии, Израиля, Канады и Дании объединились ради помощи пациентам хосписов – тем, кого нельзя вылечить.
0 , Несколько авторов, Ссылка на книгу: http://limbuspress.ru/page/book.php?sel_book_id=534

Non-fiction (Рассказ, Воспоминания)

06.02.2018 56 минут

Лубанов и другие персонажи. Сентиментальный мемуар

Важную роль в деле раввина Лубанова сыграл небезызвестный в некоторых кругах ленинградский стукач, известный под именем Юдке. Следователи устраивали Лубанову очные ставки с Юдкой, который говорил все им необходимое для накрутки срока раввину. Лубанов держал голодовку, добиваясь и добившись получения из дома кошерных продуктов.

0 (выбор редакции журнала «Заметки по еврейской истории»), Заметки по еврейской истории, №1

Non-fiction (История, Мнение, Эссе, Воспоминания)

06.02.2018 25 минут

Эмиграция

Конечно, с одной стороны, это был блестящий вариант, Германия! Центр Европы и центр классической музыки. Тут даже не надо было привыкать к культуре — мы выросли на немецкой музыке! С другой стороны, надо было преодолеть некоторые… ну как бы это помягче выразиться, предубеждения… Требовалась доля здорового оппортунизма, чтобы решиться на такой шаг.

0 (выбор редакции журнала «Заметки по еврейской истории»), Заметки по еврейской истории, №1

Культура (История, Литературоведение, Обзор, Публицистика, Воспоминания)

06.02.2018 19 минут

Связь имен (Рашель Мироновна Хин — Михаил Соломонович Фельдштейн — Анатолий Федорович Кони — Марина Ивановна Цветаева — Марк Анатольевич Минков)

Какое же страдание и горечь обременяли мысли матери, если в собственном сыне она видела черты характера и мировоззрения, которые она сама в своих произведениях «Макарка», «Мечтатель», «Не ко двору», «Устроились», «Феномен» изобличала, отвергала, не принимала, страстно боролась, описывая и всесторонне анализируя проклятие антисемитизма на Руси.

0 (выбор редакции журнала «Заметки по еврейской истории»), Заметки по еврейской истории, №1

НОВАЯ КНИГА

05.02.2018 10 минут

Финляндия: творимый ландшафт

Книга историка искусств Екатерины Андреевой посвящена нескольким явлениям финской культуры. Автор исследует росписи в средневековых церквях, рассказывает о поместьях XVII–XIX веков и подробно останавливается на произведениях гения финской и мировой архитектуры ХХ века Алвара Аалто. Говоря о нем, Е. Андреева акцентирует такие моменты творческой философии архитектора, как органичность и превосходство принципов «природного» конструирования над «техногенным». Этот подход делает исторический пример финской культуры особенно актуальным для современного градостроения. Памятники, о которых пишет Е. Андреева, редко становились предметом интереса российских искусствоведов и историков архитектуры, что делает книгу важной для самых разных кругов читателей, а сочетание эрудиции и остроумия превращает ее в редкий образец отечественной словесности.
0 , Екатерина Андреева, Ссылка на книгу: http://limbakh.ru/index.php?id=6522

Non-fiction (Воспоминания)

31.01.2018 29 минут

Жизнь свою прожил не напрасно… (отрывок). Предисловие Ирины Калус

«Взрослые мои — а их было пятеро — постоянно таскали меня за собой, все по очереди. То я был с дедушкой возле лошади, то с тётями управлялся по хозяйству, то с бабушкой или мамой пас в балке скотину. Я хотел помогать, а меня все подхваливали, называли помощником и хозяином. И тогда я старался изо всех сил. Меня раздувало от гордости, что я, как взрослый, работаю и меня никто не ругает и не говорит, что я путаюсь под ногами…»

0 (выбор редакции журнала «Парус»), Парус, №60

Культура (Философия, Эссе)

31.01.2018 24 минуты

Сакрализация прекрасного: от повседневности к богатству культуры

«Категория прекрасного — одна из универсалий культуры, в историческом контексте приобретающая различное выражение в дихотомическом соотношении с безобразным и взаимосвязи с категориями добра, блага, истины, гармонии. Прекрасное обнаруживается в природе и человеке, в естественном и искусственном, и как специфическое идеальное измерение иного структурирует сам способ отношения субъекта к объекту…»

0 (выбор редакции журнала «Парус»), Парус, №60
  Вперед
Свежий номер Следить за новостями Заметки по еврейской истории №2-3 09.03.2018Парус №61 02.03.2018Семь искусств №2 28.02.2018Южное сияние №18 25.02.2018Слово\Word №97 23.02.2018 Журналы России Новые книги Независимых
издательств
Толстокожая мимоза: Быть счастливым — или нормальным? Адам Надашди Издательство Ивана ЛимбахаВзращивание масс. Модерное государство и советский социализм. 1914–1939 Дэвид Л. Хоффманн Новое литературное обозрениеБессмертники Хлоя Бенджамин Фантом ПрессДуша осьминога Сай Монтгомери Альпина нон-фикшнКнига гастрономических историй... Несколько авторов Лимбус ПрессФинляндия: творимый ландшафт Екатерина Андреева Издательство Ивана ЛимбахаЛюди августа Сергей Лебедев Альпина ПаблишерКак соблазняют женщин. Кухня футуриста Филиппо Томмазо Маринетти ТекстПрогулки по Парижу с Борисом Носиком Борис Носик ТекстАлександр Миндадзе: от советского к постпостсоветскому Мария Кувшинова Издательство Ивана Лимбаха Новинки книг
Лучшее:
  • проза (рассказ, воспоминания)
    1. Глухое сердце +1
    Владимир Михайлов-Лидский
    Новый Свет, №3
  • проза (повесть)
    2. Наследство +2
    Владимир Михайлов-Лидский
    Менестрель, №4
  • non-fiction (история, воспоминания)
    3. Циля Рубинчик: легенда и быль +4
    Александр Баршай
    Заметки по еврейской истории, №3
Журналы: Все журналы
Авторы: Все авторы
Войти
Регистрация


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Сергей Есенин стихи: Читать стихотворения Сергея
Стих в мечтах все простоМагазины праздников в ульяновскеСтих учитель это профессияС юбилеем мужчине и его мамеВ стихах поблагодарить друзей за поздравление с


Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского Любимый стих рождественского


ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ